Уже в начале средних веков в Азии была распространена концепция четырех царств мира, которые символизировали обширные регионы и страны. Каждое из этих "царств мира" в глазах современников обладало присущими только ему преимуществами. Такие государства, как Китай, объединившийся под властью династии Суй (589-618), а затем Тан (618-907), царства индийских владетелей; объединение тюрков от Тихого океана до Черного моря, Персии и Византии, послужили основой идеи четырех мировых монархий, расположенных по четырем сторонам света: империи царя слонов на юге (Индия), царя драгоценностей на западе (Иран и Византия), царя коней на севере (тюркские каганаты), царя людей на востоке (Китай). Та же идея перешла и к мусульманским авторам.

Выражением этой концепции являются росписи в селении Кушания вблизи Самарканда, покрывавшие стены здания, где на одной были изображены китайские императоры, на другой - турецкие ханы и индийские брахманы, на третьей - персидские цари и римские императоры.

Современники тех далеких событий писали не только об успехах своих государств, но и об освоении ценностей чужих культур, и в этом было основное содержание одной из реальных форм всемирной культуры.

Наряду с распространением товаров, культурных образцов в прикладном искусстве, архитектуре, настенной живописи по странам Востока и Запада распространялись искусство музыки и танца, зрелищные представления.

Иностранные оркестры входили в состав придворного персонала. Известно, что царственный меломан Сюань Цзунь содержал 30 тыс. музыкантов. Сохранились описания приемов послов тюркским каганом в ставке вблизи Суяба. "Каган, - пишет очевидец церемонии буддийский паломник Сюань Цзянь, - приказал поставить вина и начать музыку... Все это время раздавалась иноземная музыка, сопровождаемая металлическим перезвоном. И хотя это была музыка варваров, она даже ласкала слух, радовала сердце и мысли". Известно, что наиболее популярной в Танском Китае была музыка Восточного Туркестана и Средней Азии. Музыкальные традиции Кучи, Кашгара, Бухары и Самарканда, Индии под официальным покровительством слились с музыкальной китайской традицией.

Иранские, согдийские и тюркские актеры много внесли и в хореографическую культуру Китая. Например, в Константинополе часто "гастролировали" артисты с Востока. Так, на знатном обеде у византийской императрицы в честь русской княгини Ольги присутствующих развлекали шуты и эквилибристы, а на празднествах, устроенных Мануилом I в честь сельджукского султана Арслана II, выполнял рискованное сальто тюркский акробат. Давались также представления в масках.

Эти традиции сохранялись и в более позднее время в мусульманских странах. Известно, что во время празднования навруза в Багдаде устраивались представления в масках перед Халифом.

В разных местах при раскопках памятников на Шелковом пути найдены многочисленные материальные подтверждения развития и взаимообогащения культуры: коллекция терракот танского времени, изображающая танцоров и танцовщиц, актеров в масках, музыкальные ансамбли, уместившиеся на верблюжьих горбах. Лица многих из этих артистов принадлежат представителям народов Средней Азии. На степных росписях, сохранившихся в парадных залах Пенджикента, Варахши, Топрак-Калы и в городах Восточного Туркестана, изображены музыканты, актеры. Прекрасная деревянная скульптура танцовщицы найдена в Пенджикенте. Глиняная маска артиста X-IX вв. - при раскопках сырдарьинского города Кедера.